Всероссийская Октябрьская политическая стачка 1905 г Печать
История СССР - Россия в период империализма

Огромное значение для развертывания забастовки по всей России имела стачка железнодорожников Москвы, начавшаяся 6 октября.

12 октября оставили работу рабочие Петербургского железнодорожного узла. С 15 октября стачка охватила всю страну. Бастовало свыше 2 млн. человек. Остановились более 2,5 тыс. заводов и фабрик. К рабочим присоединились служащие, врачи, студенты, учителя, инженеры, адвокаты. Забастовочное движение перекинулось на другие города. Началась всеобщая Всероссийская Октябрьская политическая стачка.
Во многих городах для руководства стачкой возникали Советы рабочих депутатов. В ходе борьбы они превратились в революционные органы власти. Советы явочным порядком вводили 8-часовой рабочий день, контролировали действия властей, защищали интересы рабочих. Возглавляемые большевиками Советы осуществляли революционно-демократическую диктатуру рабочих и крестьян, бастующие выдвинули следующие требования: 8-часовой рабочий день, провозглашение демократических свобод, созыв Учредительного собрания. Демонстрации и митинги шли под лозунгами: «Долой самодержавие!», «Да здравствует вооруженное восстание!».
В. И. Ленин в эти дни писал: «Восстание близится, оно вырастает на наших глазах из всероссийской политической стачки» (Поли. собр. соч. Т. 12. С. 3) Вся промышленная, торговая и государственная жизнь России была парализована.
Правительство пыталось устроить новую кровавую бойню. «Холостых залпов не давать и патронов не жалеть!»,— приказал петербургский генерал-губернатор Д. Ф. Трепов. Но столкновения с войсками и полицией только усиливали возмущение, приближали более сильный всеобщий взрыв. Сложилось своеобразное равновесие сил.
Царизм уже не в силах,— революция еще не в силах победить...
От этого громадные колебания» — так определял обстановку. В. И. Ленин утром 17 октября 1905 г. (там Же. С. 5). А вечером телеграф принес Европе весть об уступке царя, издавшего Манифест «Об усовершенствовании государственного порядка». Это была первая «...величайшая победа революции...» (там же. С. 27).
В Манифесте 17 октября царь обещал ввести гражданские свободы совести, слова, собраний и союзов, неприкосновенность личности, расширить избирательное право, созвать Государственную думу, дав ей законодательные Права. Царский Манифест нашел горячий отклик у либеральной буржуазии, считавшей революцию законченной.
Воспользовавшись объявленной свободой союзов, буржуазия стала создавать свои политические партии, наиболее крупными из которых стали «Союз 17 октября» (октябристы) и конституционно-демократическая (кадеты). Октябристы выражали интересы крупной промышленной и финансовой буржуазии. Они хотели сохранить самодержавие при условии, что верхушка буржуазии будет допущена к управлению страной. Кадеты отражали интересы средней торгово-промышленной буржуазии. В их помыслы входило сохранить монархию при условии введения конституции. Стремясь привлечь рабочих и крестьян, кадеты демагогически поддерживали требование 8-часового рабочего дня и предлагали решить аграрный вопрос путем нового выкупа крестьянами помещичьей земли. Обе эти партии боялись развития революции, вооруженного восстания и готовы были к сделке с самодержавием.
Совсем по-другому оценивали Манифест 17 октября большевики. ЦК РСДРП выпустил 18 октября воззвание «К русскому народу», в котором разоблачил лживость царских обещаний. Самодержавие еще не перестало существовать, оно только отступило. Манифест, разъяснялось в воззвании,— это временная уступка, уловка царизма. Задача пролетариата — продолжать борьбу, использовать те права, которых уже добились, и готовиться к вооруженному восстанию.
Однако, несмотря на активную агитацию большевиков, часть рабочих поверила обещаниям правительства. Стачечное движение пошло на убыль. Этому способствовала агитация меньшевиков и эсеров, потребовавших немедленного прекращения стачки. 21—24 октября пролетариат вернулся на фабрики и заводы.