Политическая комедия, как орган реакции Афин Печать
История Греции - Греция

Политическая комедия, в сущности очень недолговечная, приблизительно от 460 до 410 года, как раз совпадает с веком полной демократии.

Она представляет своеобразную черту афинской жизни. Враждебная демократии почти за все время своего существования, политическая комедия говорит самым существованием своим в пользу внутренних качеств этого строя. Она пользовалась замечательной свободой слова. Перед массой самодержавного народа высмеивались и его доверенные вожди, и он сам. Один из старых комиков, Кратин, во время безусловного авторитета Перикла, называл его сыном революции, от ветхого старца Крона, величайшим тираном. Аристофан мог выводить в карикатуре не только Клеона, но и весь афинский народ в виде выжившего из ума старикашки, которому знахарством возвращают молодость времени греко-персидских войн.
Темы афинской комедии второй половины V в. взяты прямо из современной животрепещущей политики. Она жила политическим скандалом и политической сатирой. Но она односторонне служила почти все время интересам реакционной оппозиции в Афинах. Один из самых обычных приемов комедии 20-х годов, это — обращение к великой и почтенной старине для сравнения с современной ничтожностью, «Обращаюсь к вам,— говорит Евполис,— к вам, великие господа наши, Мильтиад и Перикл: не допускайте же больше«, чтобы распутные молодцы получали должности и за большой рост свой награждались стратегией». «В присутствии многих,— говорится в той же пьесе,— я не знаю, что мне и сказать, так грустно мне, когда я смотрю на нашу политическую жизнь. Не так мы, старики, в наше время управляли государством; нет, прежде всего, стратеги у нас были из великих демов, первые по богатству и по рождению: мы на них молились, как на богов, да такими они и были. Оттого мы жили в безопасности; теперь мы выбираем в стратеги последиих людей и под их начальством приходится выступать в поле».
Реакционный характер комедии объясняется прежде всего ее сатирической задачей: сторонникам существующего строя было меньше оснований прибегать к этой форме публичного выражения своих взглядов» Наоборот, комедия была подходящим средством для противников господствующей демократии, которые могли посредством театра карикатуры непрерывно подрывать те или другие стороны существующего строя; они говорили ей много злого в форме буффонады, веселой пародии, и в то же время, искусно маскируя свои основные цели, создавали известное настроение. В этом заключается интерес дошедших до нас комедий Аристофана для политической истории Афин. В них нельзя, конечно, искать политических портретов изображения политической действительности. Необходимо иметь в виду, что комедии носили характер скоропреходящих фарсов, рассчитанных на резкое впечатление, намеренно размалеванных и преувеличенных. Форма эта поддерживалась сценическими нравами: пьеса ставилась обыкновенно три, четыре раза и затем снималась: публика не любила повторений.
В политической сатире Аристофана очень трудно найти определенную политическую программу. Одно звучит очень громко и отчетливо: он проповедует конец беспокойной политики и воинственной демагогии, он настойчиво рекомендует мир; но в вихре карикатурного изображения блага мира нарисованы такими пошлыми чертами, что можно принять картину за насмешку также и над партией мира. Трудно положиться и на его патетические обращения к старине. В сущности Аристофан смеется надо всем и старым и новым. Он противник нового просвещения, проводимого софистами, противник опасных для веры натуралистических теорий, новой судебной риторики.  Мы знаем, что в Афинах совет, подобный тому, какой здесь дан Аристофаном, вовсе не звучал невинной шуткой. Через 4—5 лет афиняне осудили по программе Аристофана главу просветителей, старого Протагора, на изгнание, а сочинения его были подвергнуты публично сожжению.
Обрушиваясь на науку и критику, которая сомневалась в существовании богов, Аристофан сам, однако, превращает мир богов, почитание которых он считает основой общественной и политической жизни, в шутовское сборище. В «Птицах», написанных в насмешку над сицилийской экспедицией, представлена пародия на подобные воздушные замки: мечтательные афиняне основывают между небом и землей фантастическое государство. Новая община беспокоит небожителей, и они посылают Геракла и Посейдона для заключения мирного договора с нею. В государстве Птиц Геракла тотчас же сманивают обещанием обеда, за что от Посейдона он получает кличку идиота и обжоры. Чтобы спасти дело богов, Посейдон говорит Гераклу: «Если Зевс, твой отец, умрет, отказавшись в пользу людей воздушного государства от своей власти, ты будешь разорен, потому что лишишься всех богатств, которые он оставит». Тогда представитель птичьего государства отзывает Геракла в сторону и говорит ему вполголоса: «поверь, бедный друг мой, что дядя твой морочит тебя: ведь ты все равно ничего не получишь от отца: ты незаконный сын, потому что мать твоя была иностранкой». Тогда Геракл, убежденный этим доводом, почерпнутым из афинских законов, грозится небу кулаками и соглашается остаться в государстве Птиц.