Финансовое напряжение Афин Печать
История Греции - Греция

Одностороннее направление городской демократии Афин выразилось в усилении радикальной партии, в свое время оттесненной Периклом и добивавшейся теперь решительных действий, энергичного ведения наступательной войны.

Клеон в экклесии, а между генералами Демосфен настаивали на необходимости отказаться от Перикловой программы вымаривания противника блокадой и уклонения от решительных битв; они требовали высадок на враждебной территории, больших атак на суше, в той военной сфере, где противник был до сих пор явно сильнее. В 426 г. эта радикально-военная партия победила на выборах и провела своих стратегов. Одна из задуманных ею экспедиций вполне удалась: захватили гавань Пилос (современный Наварин) в Пелопоннесе, откуда можно было поддержать восстания гелотов в Мессении, и взяли в плен отряд непобедимых до тех пор спартанских гоплитов. Вторая попытка разгромить противника на другом важном фланге, в средней Греции, кончилась полной неудачей: союзные со Спартой беотийцы нанесли афинянам поражение при Делии (424 г.), самое крупное за всю первую половину войны.
Эти два года наступательных действий представляют вместе с тем решительный поворот в афинских финансах. Перикл отложил в храме Афины значительный фонд в 6000 талантов, из них 1000 неприкосновенной суммы на самый крайний случай. Ежегодные военные расходы были вдвое и втрое больше поступлений в кассу союза (равных около 600 талантов). В самом начале войны двухлетняя осада отпавшей от союза Потидеи на Халкидском полуострове стоила 2000 талантов (5 млн. рублей слишком). Приблизительно около 1000 талантов уходило ежегодно на флот; одно жалованье, получаемое экипажем и солдатами каждой триеры, равнялось ежемесячно таланту (30.000 р. в год). Было совершенно необходимо делать займы из запасной суммы. Уже на пятый год войны, однако, она была почти исчерпана. Афинам грозил полный кризис: близка была потеря того ресурса, на который Перикл указывал, как на решительное преимущество перед противником; ни о каких активных действиях нельзя было думать, если предстояло перейти к натуральным повинностям.
Ввиду этого еще во время огзды Митилены прибегли к средству чрезвычайному и назначили, как Фукидид говорит, впервые прямой налог на имущества. Насколько эта мера считалась сама по себе критической, видно из того, что инициатору соответствующего предложения нужно было предварительно вотировать неприкосновенность. Взимание чрезвычайного налога сопровождалось множеством фискальных процессов по взысканию различных недоимок, не доплат в арендах, утаиванию имущества, подкупам и т. п. В этих процессах впереди действовал Клеон, в качестве энергичного и беспощадного защитника интересов казны. В оппозиционных комедиях Аристофана отразилось жестокое раздражение против него богатых классов, и без того задетых налогом. В «Осах» одно из действующих лиц рассказывает сон: в собрании, где сидят бараны в плащах и с тростями (костюм афинских судей), жадная акула (Клеон) визгливо выкрикивает свою речь: она приготовляется снять жир с народа и развешать его по кускам (намек на распределение налога по имущественным разрядам).
Вместе с тем решено было взыскать недоимки также с союзников, и с этой целью из Афин вышла реквизиционная флотилия. Инициатором этой меры опять-таки был, по-видимому, Клеон. Она составляла только пролог к новой обширной финансовой реформе, которую поставила на очередь наступательная война, ведомая радикальной демократией. Дело шло о возвышении союзнических взносов.
Взносы с союзных городов не менялись с самого того времени, когда их установил Аристид. Они были положены не в виде определенного процента с доходов, а в качестве точно фиксированной цифры с каждой общины. Так как с тех пор за более чем 50 лет города союза по большей части расширяли свою торговлю, им приходилось теперь платить соответственно гораздо меньшую долю со своих доходов, чем прежде. Предположенная реформа состояла в том, чтобы пересмотреть таксы взносов и изменить их соответственно развивавшейся производительности, т. е. фактически возвысить взносы.
В целом взносы были удвоены или даже утроены, хотя между отдельными общинами прошла значительная разница, одни остались почти при прежнем размере, другие стали платить в 4 и 5 раз больше. Новая расценка взносов, может быть, вместе с пошлиной, дала казне до 1200 талантов (3 миллиона рублей ежегодно). Хотя с экономической точки зрения и можно было оправдать финансовую реформу союза, но в политическом отношении она являлась в данный момент чрезвычайно рискованным шагом. Афиняне создавали в среде своих и без того малонадежных союзников основания для сильного протеста и подготовляли этим кризис своего государства.
На финансовой реформе союза еще раз обнаруживается тесная связь радикальной демократии с империализмом. Эта связь наглядно выступает в одном мелком факте афинской жизни: по-видимому, одновременно с усиленным взиманием возвышенной подати с союзников Клеон поднял в Афинах плату судьям (с двух оболов на три). На морской державе и ее ресурсах держалось все здание демократии. Из-за того, чтобы сохранить империю, афиняне бросились в войну: ведение войны обратно потребовало напряжения платежных средств подданных. Империализм неизбежно осложнялся воинственной политикой, а афинский демос последовательно настойчиво проводил ее.
На этой связи интересов основывается и последняя, роковая для Афин завоевательная попытка - сицилийская экспедиция 416-413 гг. В течение первых 10 лет борьбы с пелопоннесским союзом Афины отстояли, главные свои владения. Но союзная территория все же сократилась: особенно серьезны были потери на полуострове Халкидике и во Фракии, служившей источником золота и строительного материала, а также рынком рабов и местом вербовки наемников. Возникла мысль о возмещении потерь в другой колониальной сфере, о создании нового, западного морского союза. Эта западная политика Афин, как мы видели, имела свою историю: она опиралась в значительной мере на обширные торговые связи с Италией: отчасти ее поддерживала мысль о круговой поруке демократии ввиду того, что к помощи Афин обращались народные партии в единоплеменных ионийских городах Сицилии. Поэтому сицилийскую экспедицию нельзя рассматривать, как совсем уже беспочвенную фантастическую затею.
Но афинская демократия переоценила в этом предприятии свои силы. Последствия сицилийской катастрофы, подобную которой афиняне уже раз испытывали за 40 лет перед тем в Египте, были на этот раз фатальны. В Сицилию направили почти всю наличную силу Афин, между тем как государство было уже ослаблено предшествовавшей войной. Морское могущество Афин сразу рухнуло: вслед за сицилийской катастрофой отпала большая часть союзников. Падение афинской державы повело непосредственно и к падению демократии.
Мы видели, как безнадежно смотрели на свое положение враги демократии в начале 20-х годов за 12—15 лет до кризиса. В промежуток этих немногих лет все обстоятельства соединились ко вреду демократического строя. Но очень трудно проследить ход усиления оппозиции. У нас есть только один своеобразный источник для того, чтобы судить о настроении оппозиционных кругов. Это — комедия Аристофана.