Феодальный город Печать
Статьи - Феодально-крепостное хозяйство в период развито..

Общий характер развития. Изучая основные моменты хо­зяйственной системы феодализма в древней Руси, мы указы­вали, что процесс феодализации шёл не только по основной линии аграрных отношений, но и по линии зарождения и разви­тия феодального города.

Город XIII—XIV вв. отражал уже основную классовую структуру общества — его феодальную структуру. Как сам феодальный город в качестве промышлен­ного и торгового пункта, так и его общественные классы были лишь особым выражением феодальных отношений, И так как в феодальном обществе имелись два класса — феодалы-вотчин­ники и масса зависимого и экспроприированного от земли насе­ления, — то классовый состав феодального города отражал в основном именно эту феодальную классовую структуру. Владельцем феодального города, особенно в раннюю эпоху развития феодализма, являлся тот же феодал-вотчинник, а жив­шие в этом городе ремесленники, крестьяне и торговцы были большей частью его же крепостными. Но уже в период раз­витого феодализма (приходящийся в Западной Европе на XI—XIII вв., а в феодальной Руси на XIII—XIV вв.) возни­кают зачатки того процесса отделения города от деревни, кото­рый, по словам Маркса, является «основой всякого развитого разделения труда, осуществляющегося путем обмена това­ров...», процесса, в котором в дальнейшем резюмируется вся экономическая история капиталистического общества. Понятно,  что процесс этот в феодальную эпоху ещё не находил полного осуществления, но получил решающее значение для всего даль­нейшего развития феодализма. Постепенно в эпоху разложения феодализма вместе с дальнейшим ростом общественного раз­деления труда, с развитием промышленности и торговли феодальный город приобретал уже более сложный классовый состав, независимость своего населения и всей своей эконо­мики от феодальной вотчины. Таким образом, город в развитии феодализма имел двойственное значение: с одной стороны, в особенности на начальных этапах феодализма, он являлся неотъемлемым его элементом и этапом развития, а с другой, — в более позднюю эпоху — элементом его разложения. В Западной Европе уже в XII—XIII вв. на общем фоне феодально-вотчинного хозяйства начинают выделяться города как независимые промышленные центры, выполняющие гро­мадную историческую, экономическую и политическую роль в борьбе против натурально-хозяйственной замкнутости и разобщённости феодализма и в борьбе за свою экономическую и политическую независимость. В феодальной Руси город как промышленный центр играл гораздо более подчинённую роль. Промысловые занятия, возникающие в недрах натурального хозяйства, ещё долгое время не выделяются из него на основе общественного разделения труда в специально городские про­мышленные профессии, кроме тех немногих профессий, которые вообще не были связаны с вотчиной. Роль города в русской хозяйственной жизни, даже в XVI — XVII вв., не говоря уже о более ранней эпохе, не только была значительно меньшей, чем в Западной Европе, но ещё не так давно вовсе отрицалась многими историками. В связи с пода­вляющим преобладанием в народной жизни сельского хозяйства и в связи с военными формами городской колонизации, осо­бенно на юге, многие историки (Соловьёв, Ключевский, Хлеб­ников и др.) считали, что русский город был «огороженным» в военных целях и укреплённым селом с крайне слабо развитыми промышленными отраслями и почти исключительно с земле­дельческим характером населения. Однако другие историки (Костомаров), в особенности на основании изучения городских писцовых книг (Чечулин), приходят к выводу, что, несмотря на значительные особенности русского города и недоразвитость у нас городской промышленности и ремесла сравнительно с западноевропейскими, всё же, в особенности в последующий период Московской Руси XVI—XVII вв., город получает значение такого центра, вокруг которого слагается более широкое общественное разделение труда и промышленно-ремесленной деятельности на почве товарообмена с дерев­ней.

По своему возникновению и по начальным этапам развития не все города феодальной Руси XIII—XIV вв. прошли одина­ковый путь. Как мы видели выше, ещё в период родового и племенного быта на территории отдельных племён имелись многочисленные городища, из которых некоторые превращались в крупные племенные города. Таковы были многие древнеславянские города, времени основания которых летописец не помнит или сопровождает рассказы об этих городах такими легендарными преданиями, как рассказ об основании Киева. Население этих городов было свободным, сам город основывался не на вла­дельческой, а на свободной земле. Поэтому эти «своеземские» города, если они стояли на основных речных и торговых путях, превращались в крупные торговые пункты, сохраняли свою независимость и переживали бурный период свободы «вечевого» строя, пока они не были подчинены центральной власти. В неко­торых случаях эти города получали большое и самостоятельное политическое значение наподобие вольных городов и средне­вековых городских республик Западной Европы. Таково было положение и развитие города Великий Новгород. Но уже в княжеский период сами князья также строили новые города как укреплённые пункты для сосредоточения в них своей дружины и для дальнейшего завоевательного про­движения, селили здесь своих холопов и челядь и заводили своё городское хозяйство. Эти «княжеские» города часто превра­щались в резиденции князей, в столицы феодальных княжеств.

Эти этапы раннего дофеодального и феодального развития города хорошо прослеживаются в археологических памятниках, вскрывающих иногда в старых городах (Киев, Новгород) два слоя археологических остатков, свидетельствующих о переро­ждении первобытного городища в княжеский феодальный город. Непременная его принадлежность — детынец, кремль — яв­ляется как резиденцией князя, так и укреплённым вестом для хранения княжеской казны, оружия, товаров и пр. Наконец, третьей формой возникновения феодального города было зарождение его из феодальной вотчины, когда на владель­ческих землях селилось свободное или зависимое население, занимающееся ремёслами. Для феодального города наиболее типичным и «органическим» путём его зарождения и развития является возникновение его на месте феодальной вотчины — княжеской, боярской, монастырской. Небольшие, устроенные феодалами в своих вотчинах городские поселения, «городки», при благоприятных условиях развивались также в крупные города. В первую очередь это относится к Москве — феодальному городу, возникшему, как мы увидим ниже более подробно, из маленькой феодальной вотчины удельного князя. Таково же было происхождение многих феодальных городов, сохранившихся до последнего времени и часто носивших названия их бывших феодально-вотчинных владельцев: Новосиль — вотчина бывших князей Новосильских, Одоев — князей Одоевских, и многие другие, Скопин была старая вотчина Романовых. «Ставили» города в своих вотчинах и более мелкие феодалы, как город Орлец в вотчине новгородского боярина Луки Варфоломеева. Очень много городов возникало на монастырских или на митро­поличьих вотчинах, каковы Гороховец на Клязьме, Алексин и многие другие. В таких «вотчинных» феодальных городах даже много позднее, когда они стали приобретать самостоятельное положение, почти все дворы и постройки принадлежали фео­далу, боярину, монастырю, а все обитатели этих городов были их зависимыми и крепостными крестьянами или ремесленни­ками.

При таких условиях феодальный город и экономически и социально был первоначально неотделим от феодальной вот­чины. Основное и новое, что стал вносить город в вотчинное хозяйство, было, хотя бы в самых зачаточных формах, обще­ственное разделение труда. Зарождаясь в городе, оно вместе с тем стало оказывать влияние и на хозяйственный строй фео­дальной вотчины. Но ещё долго развитие производительных сил не перерастает тех общественных отношений, которые откры­вала им феодальная вотчина, и город по-прежнему остаётся феодальным городом. Его отдельные классы связаны в основ­ном с классами феодального общества. Трудящаяся масса его населения — те же зависимые от феодала производители, только специализирующиеся на переработке сельскохозяй­ственных продуктов (которую они, впрочем, производили и в вотчине) или на ремесле (которым они также раньше занимались в вотчине). Руководитель и глава феодального города — тот же феодал-вотчинник разного масштаба — князь, боярин, кормлен­щик. Самая организация города представляет вначале сколок с организации вотчины. Общественное разделение труда, которое было заложено в хозяйственной деятельности города, начинает изменять эконо­мику, а отчасти и социальную структуру как самого города, так и феодальной вотчины. Города устраивались в своих вот­чинах далеко не всеми феодалами, а лишь более крупными и в наиболее благоприятных случаях. Прежние племенные и старые торговые города также попадали в распоряжение более крупных феодальных князей. Поэтому всё феодально-вотчинное хозяйство неизбежно втягивается в хозяйственное и полити­ческое влияние города, к которому начинает тяготеть вотчина. Владелец вотчины сбывает в городе некоторые свои продукты,  получает из города изделия, которые в вотчине не произво­дятся. Наконец, сам владелец часто переезжает в город. В са­мом городе постепенно обособляются группы населения, не свя­занные с вотчиной. Так в недрах феодального общества возникает феодальный город как торгово-промышленный центр, постепенно обособляю­щийся от феодальной вотчины.